natatka90
Ґектор был ґерой. Андромаха была – жэнщина…
Бажор

В богами забытом поселении, чуть ли не круглый год занесенном непролазными сугробами, выдалось славное тихое утро. Было безветренно и светило вроде бы даже слегка пригревало. Так могло показаться гному, носившему дубленую кожу с черной меховой оторочкой, хотя уж ему-то холодно не было. Вот уже битый час наш герой колотил деревянную чушку, размалеванную под на диво мерзостного зеленокожего, смущая покой немногочисленной общественности и ранних посетителей таверны, у порога которой и был на беду свою установлен тренировочный снаряд.

Видно было, что воин никуда не спешит. Гул от хорошо поставленных ударов разносился по сонной улочке с эдакой расстановкой. Молот всякий раз возвращался в заплечное крепление, изготовленное накануне местным кузнецом, мучимым с утра жесточайшим похмельем. О, сколько раз он проклял небеса за то, что устроил дом и кузню аккурат напротив питейного заведения, чтобы не ползти на бровях невесть в какую даль.

Собутыльник его то ли мало выпил, то ли эль не так сильно бил ему в череп. Он, как ни в чем не бывало, продолжал тренировку, приноравливаясь к новому аксессуару. Трактирщик, вынужденный прислушиваться к этому действу, недовольно сопел, да похрустывал старыми косточками, сжимая и разжимая кулаки.

– Силушку девать некуда… – скрипел он себе под нос. – Пшел бы вон лучше дров наколол, остолоп…

Однако беспокоить гостей такими просьбами было не в его правилах, да и недосуг. Вон скоро каша в котле поспеет – поди, накорми такую ораву. На горный перевал за плотиной сошла лавина, так что постояльцев набежала толпа. Некоторым пришлось потеснить скотину в хлеву или делить стойла с собственными баранами.

Похмельный кузнец тем временем собрал волю в кулак и выполз сблевнуть с крылечка, гадливо щурясь на искристый, еще пока нетронутый сапожищами снег, выпавший перед самым рассветом. Именно благодаря рвущемуся наружу желудку он стал свидетелем того, как мерзкий лысоватый карлик, притащившийся хвостом за воинами…

Впрочем, гному с бодуна почудилось, что это был вовсе не карлик, а мелкая зеленокожая шмакодявка с только что уворованным самоваром в лапах.

…выскочил из таверны и с гаденьким хихиканьем приласкал гнома прямо по темечку своим орудием. Глаза воина заволокла яростная пелена, вперемешку с чуть теплой водой. Молот взметнулся со свистом, деревяшка застонала под натиском грозных ударов, посыпавшихся на нее со всех сторон, а хохочущий карлик зигзагами помчался по заметенной улице, взбрыкивая как полоумный.

Вслед ему неслись проклятья трактирщика: ну кто, скажите на милость, будет выправлять вмятину на любовно отполированном медном боку?

@темы: зарисовки на столе